Алексей Ликвидов дветаблеткивиртуалин а пьеса для чтения




Сторінка1/9
Дата конвертації19.04.2016
Розмір1.36 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9
Алексей Ликвидов
Д В Е Т А Б Л Е Т К И В И Р Т У А Л И Н А
Пьеса для чтения

А Н Н О Т А Ц И Я


К нам снова едет ревизор… Министерская комиссия проверяет работу провинциального украинского вуза. Председатель комиссии – таинственная личность, о которой ходят панические слухи. В изображении всем известных деталей вузовской жизни переплетены реальность и фантастика: здесь и склоки преподавателей, и надоевшая всем документация, и взятки, и сауна со студентками, и даже дуэль.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

В л а д и м и р М и х а й л о в и ч Л е щ и ц к и й - заведующий кафедрой гуманитарных дисциплин Скангульского государственного института внутренних дел.

А н д р е й Ю р ь е в и ч О т р о к о в - доцент той же кафедры.

А н а т о л и й И в а н о в и ч С т е р х н е в – доцент той же кафедры.

О л ь г а А л е к с а н д р о в н а Н е к л и ч е н к о – старший преподаватель той же кафедры.

В и к т о р Ю р ь е в и ч Б у щ у к – ассистент той же кафедры.

С в е т л а н а А н д р е е в н а К р и ц к а я – аспирант той же кафедры.

Е л е н а П е т р о в н а К у р б а т о в а – лаборант той же кафедры.

Ю р и й А л е к с а н д р о в и ч В е л е т ч у к - преподаватель кафедры боевой и физической подготовки.

А л е к с а н д р В и к т о р о в и ч Т е р м и з о в – ректор Скангульского института внутренних дел.

Т а т ь я н а С т е п а н о в н а Б е с с о н о в а – заведующая учебным отделом института.

С т а н и с л а в П а в л о в и ч О ф и р н ы й - заведующий кафедрой уголовного права.

С е р г е й Н и к о л а е в и ч К л и м е н к о – заведующий кафедрой государственно-правовых дисциплин.

В а л е р и й М и х а й л о в и ч Ч е р н е ц о в – начальник финансового отдела института.

Ф ё д о р Г р и г о р ь е в и ч И в а н о в – член инспекторской комиссии, сотрудник министерства внутренних дел.

А л е к с е й Б о р и с о в и ч – председатель инспекторской комиссии.

Д и с с е р т а ц и я Д о к т о р о в н а

- сотрудницы комиссии.

Д и с с е р т а ц и я К а н д и д а т о в н а

Ю л я Ч у м а к

- студентки.

А л ё н а Ж и в ч е н к о

М у л я щ у к

А н т о н о в

И з м а й л о в - курсанты.

В е р х о в с к и й

П о п е л е н к о

О л е г К у р б а т о в – сын Курбатовой

А л е к с а н д р В а с и л ь е в и ч С е м ё н о в – бывший лектор партийной школы, ныне пенсионер.

С о т р у д н и ц ы книгохранилища,

они же – Х р а н и т е л ь н и ц ы - три персонажа.

виртуалина

Проректоры, преподаватели, заведующие кафедрами, сотрудники, курсанты, студенты-контрактники Скангульского государственного института внутренних дел, наряд милиции, мать Курбатовой, врачи «скорой помощи».


Действие происходит в Украине, в наше время.
Внешность большинства действующих лиц самая обычная. Иванов – рослый широкоплечий мужчина. Термизов и Алексей Борисович – пожилые мужчины, ещё более рослые, полные. Некличенко весьма хороша собой, можно сказать – красавица. Юля и Алёна также весьма симпатичны, с отличными фигурами. Бущук – мужчина небольшого роста, несмотря на свои тридцать с небольшим изрядно облысевший. Отроков носит бороду, но не клинышком и не окладистую. Диссертация Докторовна – весьма представительная дама, склонная к полноте. Олег Курбатов – подросток 14-15-ти лет. Хранительницы виртуалина – преклонного возраста.

Все персонажи являются вымышленными. Всякое сходство с реальными лицами является случайным.




ДЕЙСТВИЕ 1
Явление 1
Сцена разделена перегородкой на две неравные комнаты. Меньшая комната – кабинет Лещицкого; большая –помещение кафедры гуманитарных дисциплин. Л е щ и ц к и й перебирает документы на письменном столе. В помещении кафедры, каждый за своим столом, сидят О т р о к о в, С т е р х н е в, Н е к л и ч е н к о, Б у щ у к, К р и ц к а я,

К у р б а т о в а. На стене над столом Отрокова прикреплена репродукция «Афинской школы»; над столом Некличенко – икона, портрет Президента и почётная грамота; над столом Крицкой – фотография, где она стоит в центре группы курсантов. На столе

К у р б а т о в о й – компьютер.
Б у щ у к. Господи, когда уже закончится эта дуристика! Сколько можно комиссий на нашу голову?!

К р и ц к а я. А когда закончится дуристика в стране?

О т р о к о в. Успокойтесь, она никогда не закончится.

Н е к л и ч е н к о. Спасибо, утешили.

С т е р х н е в. Вот все говорят: «Как нам обустроить Украину?». Да знаю я, как обустроить!

К у р б а т о в а. Что вы говорите? Ну и как же, Анатолий Иванович?

С т е р х н е в. Элементарно. Сколько у нас депутатов в Верховной Раде? Четыреста пятьдесят? Сделать тысячу, две тысячи, пять тысяч. И сделать ротацию: каждый год треть состава меняется, а то и половина. Выборы отменить – никаких выборов. А просто в Раду проходят по спискам граждан. Все граждане Украины, начиная, предположим, с двадцати пяти лет, не только могут, но и должны позаседать в Верховной Раде – каждый в свой черёд…

Н е к л и ч е н к о. Как это можно, Анатолий Иванович! Украина и четыреста пятьдесят не выдерживает, а вы хотите увеличить до пяти тысяч. Это шутка?

К р и ц к а я. Если они так часто будут обновляться, представляете, как они воровать будут!

С т е р х н е в. В том-то и фишка. Пусть воруют! Благодаря быстрой ротации через какие-нибудь десять-двадцать лет всё взрослое население Украины перебывает депутатами. Сейчас четыреста пятьдесят человек на крутых иномарках ездят, счета миллионные имеют, а через двадцать лет вся Украина будет так жить.

Б у щ у к. За двадцать лет всё население не успеет побывать депутатами. Нас около сорока миллионов.

О т р о к о в. Ничего, за двадцать лет население весьма сократится. А что, мне идея нравится…

С т е р х н е в. Скажи, Андрей Юрьевич! Есть ведь рациональное зерно. Ну ввести какие-то принципы очерёдности. В первую очередь – отцы многодетных семей или участники войны. Или просто начать с восьмидесятилетних и продвигаться вниз к двадцатипятилетним. Главное: запретить на второй срок оставаться. Пусть буквально каждый побудет у кормушки – и всё, все накушаются.

Н е к л и ч е н к о. Не скажите, аппетит приходит во время еды.

Б у щ у к. Но это же получается… так сказать, в некотором смысле, узаконивание коррупции.

С т е р х н е в. Подумаешь, коррупция! Знаете, как говорят: «Если организованную преступность нельзя победить, её нужно возглавить». Так же и с коррупцией.

Н е к л и ч е н к о. Что вы такое говорите, Анатолий Иванович! Да ещё в преддверии министерской проверки.

С т е р х н е в. Вы хотите сказать, что непременно зафиксируете?

Н е к л и ч е н к о. Я этим не занимаюсь. Если уж кто и стучит на кафедре…

С т е р х н е в. То это кто? Договаривайте, Ольга Александровна.

К р и ц к а я. Коллеги, давайте жить дружно!
Явление 2

Входит Л е щ и ц к и й с папкой в руках.

Л е щ и ц к и й. Здравствуйте, кого не видел.

Все вразнобой приветствуют его. Л е щ и ц к и й садится за стол посередине комнаты.

Л е щ и ц к и й. Ну что, начнём? Ольга Александровна, протокол…

Н е к л и ч е н к о. Да-да, конечно.

Л е щ и ц к и й. На повестке дня сегодняшнего заседания кафедры два вопроса: о готовности кафедры к инспекторской проверке и обсуждение методических рекомендаций Семёнова к курсу философии… Этот Семёнов, конечно, странноватый тип.

О т р о к о в. Это ещё мягко сказано.

Л е щ и ц к и й. Кстати, он здесь?

К у р б а т о в а. Да, ожидает в коридоре.

Л е щ и ц к и й (скорчив недовольную гримасу). Ну что ж, несмотря на несоизмеримо большую важность первого вопроса, начнём со второго.

Голоса сотрудников: «Почему со второго?»; «Накануне проверки бред какой-то слушать»; «Кстати, а что слышно о комиссии?».

Сведения разноречивы. Одни говорят, что приедут через неделю, другие – что вообще не приедут, третьи – что они уже здесь.

С т е р х н е в. Звучит, как боевая сводка.

О т р о к о в. Или как пророчество о втором пришествии.

Н е к л и ч е н к о. Не богохульствуйте, Андрей Юрьевич!

Л е щ и ц к и й. Ректор собирает нас на шестнадцать тридцать. Так что время у нас, в принципе, есть, хотя его всегда не хватает. Всё равно первый вопрос придётся передвинуть: в свете последних сведений о комиссии я буду с вами беседовать, в основном, индивидуально. В общем, хотим мы или не хотим, а надо заслушивать Семёнова. Он направил свои материалы на учёный совет, а учёный совет, естественно, спустил нам. Так что мы вынуждены выполнять распоряжение совета.

С т е р х н е в. Да кто он такой, этот Семёнов?

Л е щ и ц к и й. Александр Васильевич Семёнов, почётный пенсионер, ветеран труда и всё такое прочее. Бывший лектор обкома партии.

Возгласы неудовольствия, смешки; Бущук крутит пальцем у виска.

С т е р х н е в. Защищённый?

Л е щ и ц к и й. В том-то и дело, что нет.

С т е р х н е в (с ещё более кислой гримасой, чем у Лещицкого). Ну тогда он точно с дуба упал. Ох, как бы нам самим не свихнуться от этого бреда!

Л е щ и ц к и й. Елена Петровна, пригласите.

Подлежаева открывает дверь в коридор.

К у р б а т о в а. Александр Васильевич!.. Александр Васильевич!.. Прошу вас.


Явление 3
Те же и С е м ё н о в.

Л е щ и ц к и й. Здравствуйте, Александр Васильевич. Проходите, присаживайтесь.

Указывает на стул рядом со своим столом. Семёнов садится на стул, оглядывает через очки всех кафедралов с видом недовольного начальника.

Александр Васильевич разработал, надо сказать, весьма обширные методические указания к курсу философии и предлагает нам внедрить эти указания в учебный процесс. Проанализировать его разработки было поручено кандидату философских наук, доценту Отрокову Андрею Юрьевичу… Ну что, коллеги, может мы сразу заслушаем Андрея Юрьевича или вы, Александр Васильевич, настаиваете на выступлении?

С е м ё н о в. Да, я настаиваю.

Н е к л и ч е н к о. Давайте установим регламент.

Л е щ и ц к и й. Обязательно. (К Семёнову). Сколько вы просите?

С е м ё н о в. Сорок минут.

Возмущённые возгласы.

Н е к л и ч е н к о. Это исключено. У нас столько срочных дел. Пять минут.

С е м ё н о в. Сорок минут.

Л е щ и ц к и й. При всём к вам уважении, Александр Васильевич… Мне скоро надо быть на совещании у ректора… Не более пяти минут.

Семёнов убийственно смотрит на Лещицкого.

Хорошо, до десяти минут.

Семёнов, недовольно пошамкав, достаёт несколько рукописных листков и начинает читать. У него старческий дребезжащий голос, иногда он запинается и бормочет что-то невнятное.

С е м ё н о в. Моей заботой в течение всей жизни было: как направить человечество по магистральной дороге прогресса к светлому будущему. К сожалению, в ходе так называемой «перестройки» народы Советского Союза, обманутые наймитами мирового империализма, свернули с пути к коммунизму и погрязли в болоте национализма. Результат налицо: вместо строительства заводов, фабрик, железных дорог, вместо запускания кораблей в космос мы видим нищету, разруху, бомжей в мусорных баках и голых девок по телевизору. Все спрашивают: «Как нам обустроить Украину?». И никто не знает ответа на этот вопрос. Я знаю, как обустроить Украину и возродить великий и могучий Советский Союз. Моя теория представляет собой творческое развитие принципов марксизма-ленинизма и применение их к сегодняшним условиям. Я установил семь научных открытий, касающихся различных сфер бытия природы и общества, начиная от обнаружения параллельной Вселенной и заканчивая законом интенсионально-стоимостной парадигмы; и я требую выдать мне патенты на эти открытия. Внедрение в жизнь открытых мною законов позволит нашей стране достигнуть высокого уровня морали и общественного производства и выведет человечество из тупика разврата на новый виток дороги к светлому будущему.

Л е щ и ц к и й. Так, ну хорошо. Благодарю вас за-а … содержательный доклад … Ну что, коллеги, заслушаем сразу Андрея Юрьевича или будут вопросы к докладчику?

К р и ц к а я. Скажите, а вы действительно полагаете, что открыли параллельную Вселенную?

С т е р х н е в (раздражённо). Светлана, ну что ты лезешь?! Ну неужели непонятно, что такой человек (украдкой показывает на голову) может открыть и двадцать параллельных Вселенных.

Л е щ и ц к и й. Извините, коллеги, у нас ведь не кафедра астрофизики. Давайте обсуждать соответствующие аспекты, так сказать, вечно живого учения. А по поводу параллельной Вселенной порекомендуем уважаемому … энтузиасту науки обратиться на физико-математический факультет Скангульского педуниверситета.

Б у щ у к. Да, вот я в контексте проблематики социальной философии хочу спросить следующее. Вы, как я понял, хотите вернуть нашу страну на социалистический путь и даже возродить Советский Союз – так это у вас прозвучало.

Семёнов энергично кивает.

Но как вы себе это представляете, если не только весь мир, практически, перешёл на рыночную экономику, но даже и Россия, которая, вы ведь не будете отрицать, была, так сказать, опорой Союза, тоже движется, в некотором смысле, по рыночным рельсам. Неужели, по-вашему, возможен и, так сказать, реален возврат к социализму?

Некличенко и Стерхнев тихонько, но весьма настойчиво показывают коллегам, чтобы они не задавали больше вопросов.

С е м ё н о в. При советской власти идеологи уверяли нас всех, что социализм в нашей стране необратим, что он победил полностью и окончательно. Да я и сам уверял, поскольку был лектором обкома партии. Но Горбачёв со своей компанией, выполняя заказ ЦРУ, развалил Советский Союз в одночасье. И таким образом он опроверг положение научного коммунизма о необратимости социализма. Теперь идеологи буржуазии во весь голос уверяют нас в том, что альтернативы рынку нет, что капитализм – это самый прогрессивный общественный строй, и они теперь уверяют в необратимости капиталистических преобразований. Но они ошибаются так же, как и мы в своё время. Почему так быстро рухнул Советский Союз? Чего не хватило нашим людям? Веры им не хватило. Веры в идеалы социализма и коммунизма.

Н е к л и ч е н к о. По-вашему, у нынешних есть эта вера.

С е м ё н о в (твёрдо). Да! Вера не исчезла из душ людей. Посмотрите на итоги голосования «Имя Россия». Несмотря на явную подтасовку голосов, если мы посмотрим, сколько проголосовало за Ленина и Сталина, да потом сложим эти голоса, то мы увидим, что в сумме они больше, чем за Александра Невского, за Екатерину П и даже за Петра 1, которого я лично очень уважаю. О чём это говорит? О том, что наши люди не хотят капитализма, куда их загоняют насильственно и обманным путём. Они хотят назад в социализм. Назад, то есть вперёд.

О т р о к о в (Бущуку; беседа между ними происходит вполголоса). А мне нравится этот дед. У него хоть что-то святое есть в душе. Я даже теперь жалею, что слишком иронически отнёсся к его писанине. Надо бы поглубже вникнуть: не исключено, что там что-то есть.

Б у щ у к. Андрей Юрьевич, ну не смешите меня. Вы же серьёзный учёный. Вы же прекрасно понимаете, что у дедушки просто тихое помешательство на почве научного коммунизма.

О т р о к о в. Учёный должен быть прежде всего непредвзятым.

Л е щ и ц к и й. Коллеги, я думаю, всем всё понятно. Не надо больше вопросов. Давайте предоставим слово Андрею Юрьевичу и будем закругляться.

О т р о к о в (Бущуку). Эх, придётся размазать деда. А жаль. (Далее говорит в полный голос, обращаясь к аудитории). Я ознакомился с… разработками Александра Васильевича, и должен сказать, что они произвели на меня, ну, скажем, неоднозначное впечатление. Кое-какие из размышлений Александра Васильевича интересны; между прочим, видна самостоятельность мышления, видно, что человек размышлял, так сказать, сердцем. Но что касается в целом ваших рекомендаций… Не обижайтесь, Александр Васильевич, но как бы вам объяснить… В современной науке существуют определённые, так сказать, жанрово-стилистические требования, молчаливо принятые научным сообществом. И автор, который их нарушает, не будет воспринят всерьёз, даже если он выдвигает совершенно гениальные идеи. Можете считать это неправильным, я сам думаю, что это неправильно, но это так. И в вашей работе не выдержан этот стиль. Как вам объяснить?.. Ну вот, например, открываем первую страницу и читаем посвящение: «Человечеству и моей жене Людмиле Петровне посвящается».

Смешки в аудитории.

С е м ё н о в (запальчиво). Моя жена очень хороший человек, я её очень люблю и уважаю. Если бы не Людмила Петровна, я не смог бы завершить свой труд. Я её ставлю на уровне Женни Маркс.

О т р о к о в. Я охотно верю, что ваша жена замечательный человек. (В сторону). И я ей весьма сочувствую. (К аудитории). Она может быть даже выше Женни Маркс. Но, как бы вам объяснить, ваше посвящение слишком на многое претендует. Urbi et orbi какое-то.

С е м ё н о в. Вы меня вашей латынью не запугаете! Я человечество хочу на правильный путь направить!

О т р о к о в. Да человечество-то вас не послушается, Александр Васильевич, в этом-то и трагедия.

С е м ё н о в. Чья?

О т р о к о в. Ваша. (Подумав). А может и человечества. Заканчиваю, но для убедительности хочу привести следующий пример. Вы предлагаете тесты для проверки знаний по философии. Ну вот пример из ваших тестов, чтобы коллеги оценили. Вопрос: «Кто бродит по Европе?». Варианты ответов: «а) призрак коммунизма; б) вампир империализма; в) дегенерат глобализма».

Л е щ и ц к и й. Ну что ж, коллеги, я думаю, что всё ясно.

Б у щ у к. Более чем ясно.

С е м ё н о в. Что вам ясно? Чем вам не нравятся мои тесты?

О т р о к о в. Александр Васильевич, вы не обижайтесь, но вы не предполагаете, что призрак коммунизма уже не бродит по Европе?

С е м ё н о в. А кто же по ней бродит?

О т р о к о в. Да мало ли кто? Толпы туристов. Арабы, турки, те же украинцы в поисках работы.

С е м ё н о в. В том-то всё и дело! Наши девушки стоят на панели на улицах европейских городов! Танцуют стриптиз – извиваются вокруг этих… (показывает рукой вверх).

С т е р х н е в. Шестов.

С е м ё н о в. Да, шестов. Наши молодые парни подметают их улицы, работают грузчиками и охранниками их универмагов вместо того, чтобы здесь, у себя на родине варить сталь, стоять у станка, спускаться в забой, выращивать урожай на колхозном поле. Докатились! Приехали! А кто в этом виноват?! Наше правительство выполняет волю Америки! Президент получает указания из штаб-квартиры ЦРУ! А вы – их пособники!

К р и ц к а я. Пособники ЦРУ? Какая прелесть!

С е м ё н о в. Смейтесь, смейтесь! Вы порабощённые рабы! Такие как вы Союз развалили! Какая была страна! Мы освобождали угнетённых! Мы боролись за мир! Все нас боялись! Всё прогрессивное человечество равнялось на нас! Мы в космос первыми полетели, на Луне высадились!

Н е к л и ч е н к о. На Луне американцы высадились.

С е м ё н о в. Вы низкопоклонница перед западом! Как американцы могли высадиться? Ведь это мы пели (поёт): «На пыльных тропинках далёких планет останутся наши следы».

Н е к л и ч е н к о. Ну и что?

С е м ё н о в. Раз мы так пели, значит мы первые высадились.

С т е р х н е в. Да мало ли чего мы пели? Мы пели: «Наш паровоз, вперёд лети, в коммуне остановка». Ну и что теперь?

С е м ё н о в. А то, что теперь наш паровозостроительный завод стоит! Крупнейший в Европе. Оборудование ржавеет, всё раскрадается. Это всё горбачёвщина боком выходит! Но человечество всё равно прибудет к коммунизму. Для этого надо…

О т р о к о в. Запустить скангульский паровозостроительный завод.

С т е р х н е в (в сторону). Да он как с дуба упал! (Вслух). Да откройте вы глаза, Александр… Васильевич! Вы же заснули в позавчерашнем дне! Какой призрак, какой паровоз, какой Советский Союз!? Очнитесь, оставьте этот бред и никого им не загружайте. Нас не загружайте.

Семёнов смотрит на Стерхнева с ненавистью. Он начинает говорить как бы в задумчивости, затем гневно. В конце концов, он говорит сквозь слёзы.

С е м ё н о в. Сидите тут, бессовестные… наглые… зажравшиеся… Обслуживаете ещё более зажравшихся… «Какой Советский Союз?» - говорите… Да мой дед в Первой конной служил! Мой отец в танке горел! Я сам… я на Даманском стоял… Что же – это всё зря было?! Это глупость была? Да как вы смеете! Вы всех оскорбляете, память оскорбляете… «Какой Советский Союз?». Да он возродится, воспрянет, великий и могучий!.. Он уже существует, только вы его не видите.

Л е щ и ц к и й. Успокойтесь, успокойтесь, Александр Васильевич! (Вполголоса). Анатолий Иванович, ну перед вами всё-таки старый человек, нужно щадить как-то.

О т р о к о в. Да, я думаю, коллеги, что мы всё же (показывает головой на Семёнова и делает примирительные жесты) примем к сведению разработки Александра Васильевича и используем их… факультативно… для кружка юных марксистов.

Голоса: «Да-да, примем к сведению»; «Конечно, используем».

Л е щ и ц к и й. Давайте проголосуем, коллеги. Кто «за»?.. Единогласно.

С е м ё н о в (забирая папку со своими разработками). Не нужно мне ваше единогласие. Вы все соглашатели и ревизионисты. И вы – субъективные и объективные идеалисты. А ещё вы метафизики, никогда не понимавшие диалектического материализма. И исторического материализма. Ну ничего, найдётся и на вас метла!

Семёнов идёт к выходу. Покачивается, хватается за сердце.

Следующий эпизод нуждается в дополнительных пояснениях. Его действие разворачивается в некоем виртуальном пространстве реальности. Здесь воплощаются тайные желания персонажей, их нереализованные мечты, неизжитые страхи и т.п. При театральной постановке эти эпизоды следует отделять либо особой подстветкой, либо музыкальным сопровождением, либо проецировать на экран эти заранее отснятые сцены. Подобные эпизоды будут у нас называться видениями соответствующих персонажей и отделяться пробелами в тексте пьесы.
Видение С е м ё н о в а

С е м ё н о в в форме офицера НКВД сидит за письменным столом во главе «тройки». Перед ним стоит Л е щ и ц к и й, на стульях сидят О т р о к о в и

С т е р х н е в.

С е м ё н о в. Вы заведующий кафедрой гуманитарных дисциплин Скангульского института внутренних дел?

Л е щ и ц к и й. Так точно.

С е м ё н о в. Что можете сказать в своё оправдание?

Л е щ и ц к и й. Видите ли, я искренне заблуждался…

С е м ё н о в. Искренность не освобождает от ответственности. Как идеологический агент империализма, виновный в попытке дискредитации марксистско-ленинского мировоззрения, вы приговариваетесь к двадцати годам лагерных работ. Увести!

Конвойный уводит Лещицкого. Отроков и Стерхнев обмякают от ужаса.

Л е щ и ц к и й. Александр Васильевич, не надо так волноваться. Мы внедрим вами методические указания… Елена Петровна, проводите.

Курбатова подходит к Семёнову, берёт его за локоть. Они идут медленно, иногда останавливаются. Семёнов идёт шаркающей походкой.

С е м ё н о в. Мне сегодня приснилась марксистско-ленинская диалектика.

К у р б а т о в а. Что вы говорите? И как же она выглядела?

С е м ё н о в. Знаете, на первый взгляд, что-то такое плоское. Но присмотришься: такое объёмное, многогранное…

К у р б а т о в а. Наподобие шестерёнки?

С е м ё н о в. Да нет, ну что вы, вы не понимаете! Такое… (пытается показать руками) ну как вам объяснить…

К у р б а т о в а. Ну и что же она вам сказала?

С е м ё н о в. Да, представьте, она произнесла одно слово, всего одно слово, но в этом слове была вся мудрость мира, спасение мира. Если вспомнить это слово – настанет светлое будущее, торжество человечности…

К у р б а т о в а. И какое же это слово?

С е м ё н о в (мучительно пытается вспомнить, трёт лоб; затем с огорчением)… Забыл… Надо будет посмотреть «Философско-экономические рукописи 44-го года». Придётся в книгохранилище зайти. Докатились! Раньше произведения классиков – на почётном месте, на первых полках. А теперь Маркса – в хранилище, Энгельса – в хранилище…

Выходят. Затем Курбатова возвращается.

Л е щ и ц к и й. Да, тяжёлый случай. Но кто знает, какими мы будем в его возрасте?

К р и ц к а я. А мне он показался интересным. Он такой искренний!

Л е щ и ц к и й. Так, коллеги, сейчас займитесь документацией, подчистите всё, чтоб всё было в ажуре. А мне нужно с каждым из вас индивидуально побеседовать. Ольга Александровна, давайте начнём с вас.

Лещицкий вместе с Некличено заходит в свой кабинет.

Б у щ у к. Схожу-ка я на кафедру боевой и физической, расспрошу, что слышно о комиссии. Там народ ушлый, всё знают.

К р и ц к а я. А документация?

Б у щ у к. Мою документацию Владимир Михайлович уже смотрел, сказал, что у меня всё на высшем уровне.

С т е р х н е в. Ну давай, сходи к спортсменам. Юрке Велетчуку привет передавай, если он на месте.

Бущук уходит. Преподаватели занимаются своими делами: проверяют рефераты, заполняют документацию и т.д. Курбатова набирает что-то на клавиатуре компьютера.

Л е щ и ц к и й. Ну что, Ольга Александровна, нужно сдавать деньги на проверяющего.

Н е к л и ч е н к о. По сколько будем сдавать?

Л е щ и ц к и й. Да как вам сказать… Я поговорил с заведующими – на некоторых кафедрах и по пятьсот гривень сдают.

Н е к л и ч е н к о. Они что, с ума сошли? Как это можно, по столько собирать! Это очень много.

Л е щ и ц к и й. Согласен. Мы столько не потянем. Давайте, для начала, гривень по двести.

Н е к л и ч е н к о (с неохотой). По двести… У нас там в кафедральной кассе кое-что осталось – можем использовать. Может, по сто?

Л е щ и ц к и й (выразительно смотрит на собеседницу. Говорит в сторону). Никакой инициативы. А с таким мужем, как у неё, могла бы и тысячу безболезненно отстегнуть. (Вслух). Вы понимаете, что я, разумеется, не вымогаю.

Н е к л и ч е н к о. Что вы, что вы, какое вымогательство? Тут дело идёт о чести кафедры. Даже о её выживании. А с Курбатовой и Крицкой что-то брать будем?

Л е щ и ц к и й. А что с них возьмёшь? Лаборантская зарплата, аспирантская стипендия… Ну поговорите с ними: если могут гривень по пятьдесят сдать – хорошо, не могут – ради Бога, не надо настаивать.

  1   2   3   4   5   6   7   8   9


База даних захищена авторським правом ©mediku.com.ua 2016
звернутися до адміністрації

    Головна сторінка